Монохромный мир

12:43 

Взметнувшееся пламя. Пролог

Истина где-то рядом
Благословенный край
746 год Первой эпохи

Воздух, раскаленный жаркими солнечными лучами и подземным неугасимым пламенем, дрожал и плавился, стекая на черный базальтовый песок плотными волнами. Казалось, их можно зачерпнуть ладонями, выпить, выкупаться в этой горячей вязкой патоке, промокнув до нитки. Сейчас находиться у огненной горы, пусть и на самой границе озерных вод и черного побережья, было не просто невыносимо, но смертельно опасно. Только лишь одного вздоха хватило бы, чтобы обжечь гортань и легкие, отравиться ядовитыми парами, вырывающимися из-под земли.

Ороннарэ (с эльдар – горящая, пламенная, огненная гора) просыпалась. Это ощущалось и по другую сторону священного озера, воды которого сделались много горячее обычного. Мелкое зверье, годами жившее на этих берегах, стремилось поскорее убраться как можно дальше от здешних мест, стаями снимались с вековых гнездовий птицы, уходили бок о бок волки, рыси, олени. Животные всегда были мудрее своих двуногих братьев, они учуяли беду, когда та еще только подходила к порогу.

Алтэнирэль (с эльдар – путеводная звезда) зорко вгляделась вдаль с края обрыва, на котором замерла неподвижно, сраженная пониманием того, что грядет и обрушится на весь их народ в самом скором времени. Сбросив оцепенение, она перекинула за спину тяжелую длинную косу цвета первого снега, украшенную на конце кольцом из цельного кристалла аметиста, поправила на плече длинный эльфийский лук, колчан со стрелами, перевесила поудобнее сумку с добычей и вдруг сорвалась на бег, соревнуясь скоростью с ветром. Эльдар бежала легко, стремительно, подобная солнечному блику, скользящему по водной глади. Не так много лет было у юной эльфийки за спиной, не так давно она вступила в пору зрелости и вошла женой в дом своего возлюбленного, но Алтэнирэль точно знала: если Ороннарэ проснулась впервые за семь сотен лет – жди беды.

Разведчица оттолкнулась от древесной ветви и быстрой птахой перепорхнула на раскидистый дуб, в чьей серебристой листве старинным эльфийским напевом звенел ветер. В высокой шелковистой траве на поляне белыми звездочками светилась камассия, известная среди Перворожденных как звездная пыль; заливалась трелями зарянка. Здесь было так спокойно, что Алтэнирэль не устояла, прикрыла глаза, позволив себе краткий отдых в этой неравной гонке со временем. Здесь, в глубине леса, вдали от озера царили мир и безмятежность, невозможным казалось поверить в то, что беда подобралась так близко.
Эльфийка вздрогнула, схватилась за грудь, будто ей было трудно дышать. Никогда прежде не посещал ее дар предвидения, но в это мгновение она воочию узрела всесжигающую огненную реку, катящуюся от Ороннарэ за горизонт, обращенные в пепел одним соприкосновением с лавой деревья, плавящиеся камни, гибнущие лесные города. Разведчица вновь сорвалась на бег, понимая, что каждая минута ее промедления может обернуться еще одной жизнью, отданной огню, а этого она допустить никак не могла не только как следопыт, но и как королева этой земли.

Аилин Кале, Священное Озеро, Светлое Озеро много веков тому назад дало жизнь народу эльдар, эльфам. Они верили, будто Творец, создавая небесный свод, уронил в озеро одну из звезд, а из брызг священных вод и звездной пыли появились Перворожденные, звездный же свет вошел в них, одарив живыми чистыми душами. В том месте, куда упала звезда, над озерной гладью поднялась гора, и по сей день питаемая Сердцем Неба, излучающего испепеляющий все живое жар.
Первые века Перворожденные жили на благословенных берегах бок о бок друг с другом. Их было мало, они только делали первые шаги, познавали мир и самих себя. В те же годы были образованы три Великих Дома эльдар, основанные тремя эльфийскими владыками, первыми увидевшими подлунный мир. Это были Дом Звездного Света, Дом Песни Ветра и Дом Лунного Серебра. Многие испытания ждали эльдар впереди, но трем Домам было суждено пережить все и сохраниться в первозданности.

Со временем численность эльфов увеличивалась, им становилось тесно в священных лесах у озера, потому они стали расселяться по окрестностям, заселяя Благословенный край. Воронвэ Древнейший увел Дом Лунного Серебра на далекий север, основав в холодных водах глубокого залива чудесной красоты город. Амальтииртаре Возрождающая и Дом Песни Ветра ушли к водам великого океана на юго-западе, где позже был основан Миридан, а Сильме Осененный Творцом остался с Домом Звездного Света у берегов Аилин Кале, чтобы вечно оберегать чистоту и хранить его покой. Земли эти стали заповедными, к берегам озера простые эльфы если и приближались, то лишь с великим почтением, поблизости не селились, изредка забредали сюда следопыты и охотники. Повелительница Звездного Света, супруга Сильме, королева Алтэнирэль была одной из следопытов, возглавляющей разведчиков Дома.

* * *

Она родилась в первом поколении эльдар, явившихся в свет под звездами этого мира. Родители Алтэнирэль жили далеко от Лантамара, предпочтя высшему эльфийскому обществу единение с природой. Ее отец был могущественным друидом, магом Природы, и его талант в полной мере передался дочери, преумножившись во много раз. Однако судьба оказалась жестока к новорожденной эльдар и ее старшему брату, которому было всего лишь семь лет от роду.

Благословенные леса вспыхнули жадным пожаром недалеко от восточного берега Аилин Кале, там, где находился дом Алтэнирэль. Темный усмотрел опасность в могущественном природном маге и его семье, и решил от них избавиться. Огонь окружал их, не позволяя сбежать. Родителям пришлось отдать свои жизни ради того, чтобы спасти сына и новорожденную дочь, чтобы хоть им удалось сбежать из огненного кошмара.

Дети все равно могли бы погибнуть в лесах, если бы не отряд следопытов, отправленный Владыкой проверить место пожарища. Маленьких сирот обнаружили и тут же доставили в столицу Благословенного края, где их взял под свою опеку сам Сильме.

Время шло, спасенные погорельцы подрастали, превращаясь в сильного ловкого воина и прекрасную деву, одаренную искусством природной магии и талантами к делу следопытов. В то время как брат девушки Тинко Эктелион (с эльдар – рожденный воином) в совершенстве постигал воинские искусства, Алтэнирэль и ее следопыты расширяли границы изведанных земель и оберегали их от угроз из вне. В походах девушка много времени уделяла и развитию своего дара владения магией Природы. Они с Повелителем Сильме могли бы никогда близко не узнать друг друга, если бы не дикая рысь и метко пущенная эльфийкой стрела, спасшая Владыку от когтей хищника. Это был чудовищный зверь, не иначе присланный темными силами, чтобы лишить народ эльдар защиты того, кого именовали Гласом Творца.

В то мгновение, когда их взгляды встретились, началась история, навеки соединившая два бессмертных любящих сердца. Сильме с завидным упорством завоевывал сердце разведчицы, а та вопреки всем условностям стремилась быть с ним. Когда же они, наконец, соединили руки перед алтарем в Храме Луны и Звезд, сам Творец благословил их союз.

* * *

Эльфийка мягко и бесшумно спрыгнула в луговую траву, стиснула косу, глубоко вздохнула, переводя дыхание, и решительно пошла вперед, на другую сторону заросшего лютиками и голубоватыми островками цикория луга. Человеческий глаз различил бы лишь сплошную стену деревьев, но Алтэнирэль уже отсюда, с противоположной опушки, видела ажурные мостики в высоких раскидистых кронах, витые лестницы вокруг могучих древесных стволов, изящные, летящие и легкие эльфийские постройки прямо на широких ветвях. Знала она и то, что путь ее лежит не в Храм Луны и Звезд, а прямо в Нанде Лантаир (с эльдар – арфа, водопад, Водяная арфа) к государю и ее возлюбленному супругу Сильме. Именно он, а не жрецы, должен был первым узнать о пробуждении Ороннарэ.

* * *

Владыка благословенных лесов Сильме Эруанталон (с эльдар – Осененный Творцом) в глубокой задумчивости смотрел на низвергающиеся в пропасть струи кристально чистых речных вод. В воздухе висела мелкая водяная пыль, сияли эфемерные радуги. Королевское Древо возвышалось над бездонной котловиной Нанде Лантаир, казалось, с самого сотворения мира. Говорливая веселая река Тину, берущая свое начало в Аилин Кале, извилистой лентой бежала через лес, делала крюк, огибая Цветущие холмы, после чего разветвлялась на несколько десятков ручьев на равнине, которые вновь сливались, чтобы со звонким пением обрушиться в лесную котловину, на первый взгляд лишенную дна. Сильме, основавший город своего Дома у края пропасти и назвавший его Лантамар, прекрасно знал, где дно у этой каверны. Никогда не смог бы он забыть, как однажды оказался там, и по чьей вине это произошло.

- Владыка, - тихий мелодичный голос мог бы затеряться в шуме водопада, но Эруанталон расслышал бы его как в грохоте камнепада, так и в полной тишине. Тонкие губы правителя хранителей священных вод тронула теплая улыбка, взор, еще секунду тому назад устремленный в прошлое, обратился к замершей у дверей веранды эльфийке. Похоже, она только что вернулась после обхода священных земель, хотя могла и не исполнять этих обязанностей, ведь давно уже девушка не была простой разведчицей. Королева могла позволить себе просто править, но Алтэнирэль была не такой, она жаждала движения, действия, жизни! Сейчас на ее обычно бледных щеках розовел нежный румянец, чувственная грудь вздымалась под рубахой и охотничьим камзолом от взволнованного дыхания, из длинной косы выбилось несколько непокорных снежных прядок – она была прекрасна. Взгляд ее фиалковых глаз завораживал Сильме. Владыка никогда не сомневался, что сам Творец послал ему это счастье.

- Мэллис (с эльдар - возлюбленная), - произнес он с неизменным волнением и томлением в груди, шагнул к замершей эльдар, чтобы заключить ее в объятия. Королева прильнула к груди своего Повелителя, обняла его за шею и нашла губами его губы. Расставание и на час казалось ей мучительным, а тут они не виделись целых два дня, пока она обходила дозором земли Дома. Тревоги этого дня отступили на задний план, забылись страхи и отчаяние, забылись паника и ужас, охватившие Алтэнирэль в тот момент, когда она увидела вьющийся над вершиной Огненной Горы султан дыма. Остался только он, единственный, сумевший одним прикосновением вселить в ее мятущуюся душу уверенность в том, что все будет хорошо, что эта катастрофа минует их стороной. Не может все обернуться смертью и разрушением, пока Сильме, говорящий с Творцом, хранит этот мир и Дом Звездного Света от беды.

Долго, с упоением Правитель лесных эльфов целовал свою звезду, ниспосланную ему Создателем, и сердце его пело от счастья. Радость встречи казалась безбрежной, но все-таки Сильме ощущал какое-то напряжение, почувствовал страх в душе своей королевы. Что такого могло произойти, чтобы Алтэнирэль дрожала и искала защиты в его объятиях?

- Мэллис, что-то случилось? – голос короля прозвучал встревоженно, ведь он знал, его супруга еще в бытность свою простым следопытом была отчаянной, пусть в их краях и редко происходило что-то действительно опасное, хотя после того, как Темный начал набирать силу, порой вспыхивали огнем леса, появлялись на священных землях странные чужаки. Алтэнирэль стояла, опустив глаза, теребила кольцо на конце длинной косы. Она вздохнула, будто готовясь к прыжку в бездну.

- Владыка… Сильме, возлюбленный мой, - глаза эльдар из фиалковых стали темно-синими, в них поселилась тоска, где-то в глубине плескался древний страх. – Ороннарэ проснулась.

* * *

Все случилось пятого дня Весенних Сумерек (третий и последний месяц весны, в каждом сезоне три месяца – Рассвет, Полдень и Сумерки). Тусклое безжизненное солнце с трудом пробивалось сквозь пока еще неплотную завесу дыма. Ночью он начал подниматься над жерлом Огненной горы, к рассвету затянув небо унылой серой кисеей.

Большая часть эльдар из Дома Звездного Света оставили земли своих предков, чтобы спасти не только жизнь, но и наследие. Однако многие остались, отказавшись покидать Лантамар и священное озеро Аилин Кале. Согласно их верованиям, погибшие от природных катаклизмов эльфы не уходили навсегда, не исчезали из этого мира. Они оставались призраками лунного света, которые даже после смерти могли выполнять возложенную на них Творцом миссию, а эпоху спустя возродиться вновь, ступив на землю из священных вод.

Лесные эльфы, которым выпала судьба остаться, стояли под начавшим сыпаться с неба пеплом, смотрели вслед ушедшим родным, близким и любимым, понимая, что новая встреча может не состояться никогда, а если повезет, то лишь через эпоху или по ту сторону Вечности.

Одним из оставшихся был Владыка Сильме. Король не мог уйти, презрев свой долг и оставив тех Перворожденных, которые выбрали вечный дозор вместо вечной жизни. Пусть их всех впереди ждет горнило беспощадного пламени, но они шагнут вперед вместе.

Скорбная тень легла на лик Эруанталона, но в его глазах мерцал свет надежды. Его возлюбленная королева будет жить, она сплотит остатки Дома, позаботится о тех, кто ушел вместе с ней. Алтэнирэль не желала покидать своего государя и возлюбленного, но он не оставил ей выбора. Сонное зелье будет действовать еще не меньше двух дней, а к тому времени, как Повелительница очнется, возвращаться будет уже поздно да и не к кому.

Эруанталон вздохнул и тут же закашлялся: едкий вулканический пепел, попадая в легкие вместе с воздухом, обжег их огнем. Владыка осмотрелся и не узнал стоящих рядом эльфов и своих лесов. Из мира будто бы разом исчезли все краски, сама жизнь уже словно покинула эти земли. Седые деревья клонились к земле под тяжестью падающих с неба серых хлопьев, травы прибило и засыпало, пепла было уже по щиколотку взрослому мужчине. До последнего Сильме цеплялся взглядом за маленький солнечный цветок лютика, но вскоре и его поглотила серая хмарь.

За спинами стоящих на обрывистом берегу озера эльдар загрохотало, в небо взметнулся новый столб гари и копоти, вместе с огромной тучей дыма и пепла вулкан извергнул тонны переплавленной породы и вулканического шлака. Совсем скоро все это должно было посыпаться на головы оставшимся.

Владыка Сильме на несколько бесконечных мгновений прикрыл ладонью глаза, вспоминая светлый образ Алтэнирэль, и запел. Не прошло и минуты, как в напев вплелись голоса остальных, обреченных на смерть. Они пели о солнце и звездах, о жизни и любви, о чистоте и Свете. Песня лилась, перекрывая грохот и вой извержения, преодолевая расстояния и врываясь в сердца тех, кто ушел, чтобы сохранить искру жизни Великого Дома. Кому-то в безумной надежде могло показаться, что волшебные звуки спасут, защитят от беспощадной стихии.
Голоса эльдар звенели, а жидкий огонь уже тек по склонам Ороннаре, уже вздымались на священных водах гороподобные волны, а в лесах вспыхивали пожары от первых упавших искр, долетевших вместе с пеплом и горной породой.

Все началось в пятый день Весенних Сумерек, день, когда Благословенный край поглотило Пламя.

URL
   

главная